Арт Стайлинг

Даниель Сваровски

Загадочную личность Даниеля Сваровски можно квалифицировать очень и очень по-разному. Например, счесть его криминальным деятелем, мошенником и имитатором в духе знаменитого Жоржа Фредерика Страсса. Этот Страсс жил в просвещённом восемнадцатом веке и успешно подделывал драгоценные камни. Фальшивые бриллианты именно в его честь были названы "стразами". Но сам ювелир так и остался в истории авантюристом-одиночкой. В отличие от Сваровски, преуспевающего и законопослушного бизнесмена, инженера, владельца огромной фабрики. Есть и другой подход. Сваровски - эстет, неудавшийся скрипач, романтик. А двигало им желание доказать окружающим, что в искусстве не так важен материал, с которым работаешь, сколько твоё собственное мастерство и мистические хрустальные миры, в которые погружается зритель. В имитации, кстати, присутствует довольно сильный богоборческий момент: разве не соблазнительно сделать так, чтобы искусственный свет был ярче естественного, чтобы поддельный бриллиант затмил собой настоящий? Неизвестно, правда, что думал об этом сам мастер, католик, человек, глубоко верующий. Можно говорить о Сваровски как о предвестнике китча или о человеке, вписавшем в промышленную революцию европейский фольклор, поставившем его на конвейер. Об основателе семейного бизнеса. Об инженере-оптике. О чехе, ставшем тирольцем... Концепций, как видите, можно построить немало. Факты же таковы. Даниель Сваровски родился в 1862 году на севере Австро-Венгерской империи, в горах Богемии. Этот край известен не столько "Богемской рапсодией" группы Queen, сколько знаменитым богемским стеклом, которое здесь начали выдувать и обрабатывать задолго до промышленной революции. Не знаю, как сейчас, а тогда в доме у каждого уважающего себя богемца работала стекольная мастерская. Не был исключением и отец Даниеля, но особым размахом предприятие его явно не отличалось. Из стекла он изготавливал бижутерию, заколки для волос и прочие аксессуары. Всё это для домашних нужд и розничной торговли, не больше. Сваровски-младший несколько лет трудился в семейном бизнесе, играл в свободное время на скрипке, а потом заскучал. Тесна ему стала богемская деревушка. Большие дела, решил он, делаются в больших городах. Например, в Париже. Именно туда отправился Даниель изучать химию, физику, механику и другие необходимые для инженера науки. А изучив их, поехал на Всемирную электротехническую выставку. Там, среди таинственных механизмов и не менее таинственных господ-изобретателей, он задумался: нельзя ли приспособить электрический ток для шлифовки стекла? Оказалось, что можно. В 1891 году после долгих раздумий и прикидок он смастерил первый в мире электрический шлифовальный станок. Эта машина позволяла обрабатывать камни и хрусталь в солидном количестве и с отменным качеством. Публика пока ещё не сообразила, что, собственно, произошло. Чтобы оповестить её об этом, Сваровски нужно было открыть массовое производство. Иначе говоря, выйти на рынок. Тут Даниель схитрил. Решив не конкурировать с богемскими умельцами, он перебрался в Австрию и там, в тирольском местечке Ваттенс, стал штамповать хрусталь, имитирующий драгоценные камни. Факт имитации Сваровски не скрывал, так как считал свой бизнес вполне законным. Его хрусталь выглядел так же, как бриллианты, а значит, мог выполнять ту же социальную функцию. Проще говоря, Сваровски поставил на поток светский блеск, престиж, право на избранность и другие иллюзии, которые ассоциируются у людей с драгоценными камушками. Говорят, что настоящий, природный бриллиант сам выбирает, на чьём пальце ему красоваться. Но время элитарности стремительно проходило, и теперь даже средней руки чиновник мог презентовать жене или интимной подруге элегантную хрустальную штучку (чем не драгоценность!), не будучи заподозрен в растрате. Поговорка "Не всё то золото, что блестит" была опровергнута. Блеск оказался важнее. Фабрику Сваровски завалили заказами. Ему пришлось расширить помещения и нанять 200 рабочих. Тогда-то фирма и получила название Swarovski, ведь товар на рынке не может быть безымянным. За несколько лет Сваровски вместе с образовавшимися к тому времени сыновьями довел технологию огранки и шлифовки кристаллов до совершенства. Оказалось, что во всём мире только он знает, как добиться сверхъестественной прозрачности хрусталя. Главные конкуренты хитрого Даниеля, знаменитые стеклянные заводы Венеции, оказались на грани разорения. Да что там Венеция! Сделать что-либо подобное не удалось до сих пор никому, как ни пытались. Даже богемские стеклодувы не смогли переплюнуть своего земляка. Промышленной огранкой пробовали заниматься многие. Тогда-то и выяснилось, что сила Сваровски не столько в станках, сколько в формуле, которую он разработал для варки своего хрусталя. Модницы Парижа и Санкт-Петербурга, куда Даниель отправил образцы украшений, пришли в полный восторг. Пройдут годы, и хрустальная бижутерия станет элементом вечерних нарядов Марлен Дитрих, сценических костюмов Майкла Джексона, Брайана Ферри и Тины Тёрнер. Шанель, Кристиан Диор, Ив Сен-Лоран и по сей день обшивают хрусталём свои платья. Во время Второй мировой войны, когда модные дома Европы потерпели крах, хитрый Сваровски умудрился наладить сбыт своей кристальной продукции в США. Долго ли, коротко ли, а в 1956 году основатель фирмы умер, оставив семье процветающий бизнес